Ленька-садовник
Повесть


Алексей Леонов
Рисунки Т. Капустиной

 

   День вечереет, небо опустело. Гул молотилки слышен на гумне... Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.  (И. Бунин "Вечер")

 

   1.
   Вечер был тихий, такой тихий, что Леньке стало жутко в не достроенном еще шалаша и стало казаться, что в канавах сада, за деревьями, в кустах и яблонях кто-то таится и вот-вот выскочит и набросится на него.
   Ленька жался в угол, смотрел на вход, старался не бояться, но страх не отступал. Шевельнется подсохшая листва на верху шалаша, пискнет в кустах птица - Ленька хватается за топор, ждет чьего-то появления. Никто не подходит.
   Мать говорила ему, что караулить по ночам сад еще рано, на яблонях зеленая завязь - она и днем-то никому не нужна, а ночью за ней вовсе никто не пойдет. Ленька и сам об этом знал, но ему захотелось переночевать в шалаше, хотя и не покрытом до верха, с просветом в небо.
   Леньку поставили сторожить сад с весны. Сажал он как-то вечером у своей избы деревья - принес из леса березок, осинок, дубков - задумал вырастить рощу под окнами. К нему подошел колхозный председатель, Василий Власович, побеседовал, спросил потом:
   - А ты садовником стать не хочешь, если я тебя поставлю в колхозный сад?
   - Не знаю, - ответил Ленька. - Если мать велит...
   - При чем тут мать? Ты сам решай - не маленький.
   Ленька и сам считал себя не маленьким, ему шел четырнадцатый год; он в доме был за хозяина, как отец ушел на войну, работал наравне со всеми в колхозе.
   - Завтра же выходи с ножовкой и опиливай сухие суки на яблонях, - сказал председатель.
   - Ладно, - согласился Ленька, втайне радуясь, что будет садовником.
   Рядом с садом был семенной участок гороха и высажены капуста и огурцы, все это отдали Леньке под охрану. Дел у него с первого выхода в сад было много. Три года сад находился без присмотра. В кронах яблонь оказались сухие сучья, от корней поднимались дикие побеги. С утра  и до заката солнца он лазил по яблоням и опиливал сушь, потом строил шалаш. Теперь надо было сторожить все от набегов ребят, от скотины...
   Еще недолог был вечер, не дошло время до полуночи, Ленька собрал свой инструмент, выскочил из шалаша и по травянистой дороге понесся к деревне. Леньке казалось, что его кто-то настигает, несется за ним по придорожным кустам. Не переводя дух, не оглядываясь,  он добежал до первой избы, перешел на шаг, чтобы вдруг не увидели его испуга.
   В избе жила солдатка Прасковья Прокошина, с дочерью и со свекровью. Они ужинали при свете лампы. Ленька остановился напротив окна, посмотрел через окно в избу. Все спешили есть. Он подумал, что они боятся много пожечь керосина - торопятся с ужином - и ему стало смешно от этого, и страх, выгнавший его из сада, совсем исчез.
   Ленька пошел через выгон к плотине пруда.
   У пруда от воды было прохладнее. Под корнями ракит бились караси. Леньке захотелось вынуть кубарь, посмотреть, есть ли в нем рыба, но донеслись с околицы ребячьи голоса, и он оставил кубарь до утра.
   В доме Ленька никому не показался. Спрятал на погребе инструмент и подался навстречу ребятам.
   Он стал с ними пересвистываться издали. У двух изб его обругали, что будоражит безо времени, отдыха не дает людям. А Ленька не мог идти тихо. Он чувствовал в себе силу и смелость.
   Ребята шли как большие, занимая всю дорогу. Ленька  остановился, подождал. Их было четверо. Первым подошел к нему Васька Федосин, заговорил:
   - В саду не остался?
   - Пришел на время. Опять пойду, - ответил Ленька.
   - Не страшно одному?
   - Нисколько. В шалаше сидишь, как в избе. Можно и горнушку зажечь - при огне еще веселее будет.
   Ленька отвечал с неожиданной для себя уверенностью, словно он и вправду не испытывал в саду ни малейшего страха.
   - Каждую ночь теперь будешь караулить? - спросил Шурка Белый.
   - А как же. Не караулить нельзя. Коробочные все оборвут.
   - А если их много придет? - спросил Васька.
   - Вас позову. А председатель обещал ружье дать или обрез, - сказал Ленька.
   Он врал и следил за ребятами, как отнесутся они к его словам. Васька подступил к нему, спросил:
   - Правда?
   - Ей-богу!
   Васька обнял Леньку за плечо, сказал ребятам подождать, не ходить за ними, отвел его по дороге вперед, заговорил:
   - Знаешь что, я хотел тебе сказать, что мы  будем к тебе приходить, а то скучно. Картошку печь будем. Договорились?
   - Пойдем сейчас, - сказал Ленька. - Чего здесь делать?
   Все согласились идти в сад, радостно заговорили, стали предлагать Леньке свои услуги. Шурка Белый обещал взять из дома красноармейский котелок, принести в шалаш - в нем хорошо будет варить суп; Иван Нефедов предложил Леньке на время маленький топорик, немецкий, - он, об этом все знали, нашел его у конюшни, где при наступлении немцев стояла их походная кухня.

 

2.
   Ребята пошли к запруде, стали во тьме рассматривать молодые ракитки. В половодье прорвало плотину, а когда спала вода, они завалили промоину, и каждый здесь посадил по ракитке. Теперь они спорили, чья лучше принялась.
   В корнях ракит плеснула рыба. Ленька вспомнил о своем кубаре и решил посмотреть его.
   - Давай я достану, - вызвался Шурка.
   Ленька согласился - вода в пруду вечером теплая, но лезть в нее неохота и боязно, - показал место, где заброшен был кубарь.
   Ленька снял самошивные тапки, сбросил на траву штаны и сошел в воду. Он шарил по илистому дну перед собой и по сторонам ногами, уходил от берега и выше подбирал рубаху. Ленька командовал: "Бери к плотине. К хвосточку иди". Кубарь не находился. Федька Мирошкин стал поспешно раздеваться, но Шурка вдруг крикнул:
   - Попался! Достаю!
   Он скособочился, захватил кубарь за обруч и поволок его к берегу. Ребята спустились к воде, приготовились принимать кубарь. Вокруг было тихо, лишь от Шуркиных ног слегка плескалась вода.
   - Пустой, - сказал Ленька, вздохнув. - Рано вынули.
   - Она утром заходит, - сказал Васька. - Тащи назад.
   Шурка остановился, выпустил из руки подол рубахи и, нагнувшись, поднял кубарь над водой. С кубаря потекла вода - и вдруг раздался сильный шум, словно на пруд опустился ливень.
   - Есть, есть! - закричали ребята с берега.
   - Вот это да! Полный!
   Шурка передал им кубарь, сказал:
   - Я знал, что попалось. В воде слышно было, как билась о стенки.
   Он стал одеваться. Был горд, словно сам, своими руками наловил столько рыбы. Ребята наполнили рыбой пилотки - отобрали только крупных карасей, мелочь выбросили  в пруд - и снова, забросив в воду кубарь, направились через плотину к саду.
   Разговаривали о карасях. Если бы в сорок втором не сорвало плотину, рыбы было бы теперь еще больше. Сколько унесло с половодьем ее, самую крупную... За плотиной спохватились, что нет сковородки, на чем жарить рыбу, нет соли. Сговорились, кому что нести - разбежались, лишь Ленька остался на выгоне. Он посмотрел на деревню. Огней было мало. Во многих избах уже полегли спать. Теперь трудно было добывать керосин, но и до войны в летнюю пору спать ложились рано.
   Ленька вспомнил отца... Он поднимался с рассветом - и когда просыпался Ленька, в сенях уже лежал ворох струхек, а на телеге, с вечера оставшейся под окном разбросанной, уже сделана обвязка, положены грядки, дуги и набросаны доски. Уставал отец плотничать - садился перетягивать хомуты, а под вечер вил веревочные вожжи, вязал обрати и путы для лошадей, и, кроме всего, он успевал накормить скотину.
   Мать топила печку, кормила всех в завтрак, потом доминала коноплю - и от снопов, высушенных за ночь в печи, оставалась к обеду лишь костра и пенька; в обед мать снова кормила всех, потом ходила на стоговища дергать из-под снега сено, хорошее - ягнятам и теленку, плохое - корове. Находились у нее и другие дела: то птицу кормить, то штопка, то в погрею надо было - все дела, с утра раннего и до вечера.
   Зимой Ленька с утра обивал с крыши сосульки, присматривал за скворцами. Потом он уходил к сараям, где кипела работа будущих пахарей. Брат сразу задавал ему дело, и он помогал брату изо всех сил...
   Не успел Ленька перебрать в памяти, чем занималась сестра Полинка, она была маленькой, но и у нее были свои занятия, - подошел запыхавшийся Васька и сказал, что мать отобрала сковородку. Он взял ее тайком: просить - мать не дала бы, сковорода была одна лишь в доме; Нинка заметила, что он тащит и сказала матери. Пока Васька объяснял Леньке свою неудачу, подбежал Шурка, принес в горсти щепоть соли - не нашел больше, а в солонке было лишь столько. Федька пришел тоже ни с чем.
   - Постойте тут, - сказал Ленька. - Я скоро вернусь.
   Он перебежал плотину, поднялся вверх по тропинке к избам и постучал к тетке. Он слышал, в избе что-то стукнуло, но, казалось, долго никто не выходил, наконец скрипнула дверь избы, звякнула задвижка на сенной двери.
   Тетка приотворила дверь, спросила:
   - Ленька? Ты что? Заходи.
   Тетка Варя была из младших сестер Ленькиной матери.Восьми лет она осталась сиротой и да замужества жила в их доме. Ей пришлось нянчить Леньку с братом, и они ее звали не теткой, а няней.
   - Нянь, сковородку мне можно взять? - спросил Ленька. - Я в саду ночую - рыбу пожарить.
   - Возьми, - ответила Тетка. - Как ты там, не боишься один-то?
   - А чего бояться? Костер горит...
   - Все яблонки-то опилил?
   - Все.
   - Сушняк-то много не жги - завтра вязаночки две дашь мне.
   - Хоть весь бери. С матерью приходите...
   Они вошли в избу. тетка зажгла лампу, подала Леньке сковороду, спросила:
   - Из кубаря рыбу-то достал? А то и мой там стоит.
   - Я из своего, - ответил Ленька. - Нянь!
   - Ай. Еще что нужно?
   - Сольцы бы.
   - А много рыбы-то у тебя?
   - Три пилотки, - ответил Ленька.
   - Надо же! - удивилась тетка. - Схожу пораньше и за своим, а то какой дьявол выгребет.
   За разговорами она насыпала Леньке полстакана соли в тряпочку и, завязав, наказала:
   - А ты - останется - не бросай. В шалашике себе уголок отгороди и держи там запасы. Дедушка твой сад караулил - у него в шалаше как дома все было.
   - Ладно, - ответил Ленька и ушел.

   Ленька больше всех теток любил тетку Варю. Он мог в любое время зайти к ней в дом, как к себе, мог поесть, если никого не было дома, мог остаться ночевать. Тетка любила Леньку и ни в чем ему не отказывала.
   Ребята встретили Леньку радостно. Теперь у них все было, и, забрав пилотки с затихшими карасями, они двинулись к саду.
   В избе Прокошиных окна были темные, без света. Вокруг было тихо. Но лишь прошли они избу, как за сливами что-то шумнуло, как будто свалилось что-то с крыши, хрустнуло сухими ветками. Ребята разом остановились.
   - Что это? - полушепотом спросил Федька.
   Они всматривались, слушали, но ничего не могли увидеть и расслышать. Вдруг кто-то протопал по сухому навозу, зашумел бурьян.
   Ребята, словно по сговору, молча двинулись дальше, спешили. Не раз им приходилось ходить по ночным дорогам, но этот загадочный шум испугал всех. И каждый из них подумал, что, может быть, это какой-нибудь бандит или дезертир. Почти год, как прогнали немцев с Зуши, а весной как-будто обнаружили в землянке за Кириками четырех немцев, в лесу скрывались. Девки сеяли коноплю - немцы засмотрелись на них и попались.
   Ночь уже стала светлеть. Темная стена деревьев поднималась впереди, просматривалась на фоне неба. Они подходили к саду. Шурка вдруг расставил руки, остановился, ребята столкнулись. От сада что-то темное надвигалось на них... Ребят словно ветром снесло с дороги. Они бросились бежать через подсолнухи и опомнились лишь на выгоне.
   - Что это? - шепотом спросил Васька у Леньки.
   - Не знаю. Наверно, кто-нибудь попугать пришел.
   - Ребята, наверно, - сказал Шурка.
   - Они не знали, что я буду ночевать, - ответил Ленька.
   - Знали, - возразил Федька, - Полинка рассказала.
   - Тогда через луг пойдем, - решил Ленька.
   Они осмелели и пошли новой дорогой, переговаривались шепотом и каждый беспрестанно вслушивался в окружье, - и пугались взлета птицы, пугались, когда кто-то оступался...

 

 

<<<

- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 -

 

СКАЧАТЬ В ФОРМАТЕ PDF

СКАЧАТЬ В ФОРМАТЕ EXE

 

%