Конан Дойл. Его романы - приключения, - история, - научная фантастика и Шерлок Холмс

Конан Дойл - рыцарь, литератор, человек

 

   Думать, что Конан Дойл был социально безразличен, значило бы далеко уходить от истины. Об этом свидетельствует его роман "Открытие Рафлза Хоу" (1882). Он не наделал такого шума, как написанный позже "Затерянный мир", да и вообще слишком в каких-то своих частях смахивал на приевшуюся всем мелодраму, но, во всяком случае, в социальности ему не откажешь.  Открыв дешевый способ изготовления золота, Рафлз Хоу хочет использовать его во благо человечества. К сожалению, само прикосновение к тайне изобретателя идет во вред окружающим. Оно развращает их, порою толкает на преступление.

   В отличие от "Отравленного пояса", "Открытие Рафлза Хоу" - типичнейший пример жюльверновской  фантастики. Читатель без труда увидит, сколько внимания уделено в этом романе  всевозможным техническим приспособлениям, порою совершенно не нужным. Рафлз Хоу, которому и слуг хватало, окружил себя всевозможными занятными приспособлениями, облегчающими быт. Но главное, конечно, не в этом. Усиленные занятия химией помогли Конан Дойлу найти собственный научный сюжет. Превращение элементов не являлось уже в это время чем-то неправдоподобным, но и не было устаревшим открытием. Читатели Конан Дойла, во всяком случае многие из них, узнавали что-то для себя новое.

   Но самым большим прорывом Конан Дойла в будущее научной фантастики был его рассказ  "Дезинтегратор". Подобная тема зародилась и сделалась  популярной много позже. Сейчас иногда говорят о некоей "нуль-транспортировке" (термин введен братьями Стругацкими). И говорят как о чем-то совершенно обыденном.  Смысл этого термина состоит в том, что человек разлагается на молекулы и тут же воссоздается по прежней схеме в другом, заранее назначенном месте, так что иные виды транспорта делаются совершенно ненужными.

   Не менее значительным событием в истории научной фантастики была небольшая повесть  челленджеровского цикла "Когда земля вскрикнула". Здесь Конан Дойл тоже немного опередил других писателей. Это произведение было написано им словно бы между прочим, однако оно заложило одну из основ того, что можно было бы назвать "экологической фантастикой". Много позже появилось немало произведений, одушевлявших  природу - даже не мыслящую ее часть. Традиция здесь старая, идущая еще от эпохи Возрождения, но сейчас мы эту традицию вспомнили. "Постепенно Земля возникает в нашем сознании как целостный организм. А может, не возникает, а восстанавливается?" - писал, например, в 1967 году Даниил Гранин. И конечно, Конан Дойл был среди первых, кто начал восстанавливать эту традицию. С помощью профессора Челленджера. Кому еще, как не этому ученому-чудаку, могла прийти в голову подобная мысль?  Кстати, и сам профессор Челленджер был одним из прародителей идущего издавна, но особенно расплодившегося в ХХ веке племени ученых-чудаков.

   Постепенно в научную фантастику Конан Дойла проникает еще одно направление, которое, употребляя современные термины, можно - до какого-то этапа, разумеется, - назвать "фэнтези". Этот поджанр, сравнимый с волшебной сказкой, разворачивающейся в новые времена, больше всего проник в юмористическую фантастику. Типичным ее примером является  рассказ "Необычайный эксперимент в Кайнплауце" (немецкое слово "кайнплауц" можно приблизительно перевести как "нигде"). Речь идет о переселении душ, одной из давешних и оставшихся в современности тем научной фантастики, но мистики здесь, как нетрудно заметить, никакой. Это просто беллетристическое  допущение,  и Конан Дойл до конца использует юмористические возможности, которые дают ему  подобный сюжет. Солидный профессор, ведущий себя как подвыпивший не очень умный студент, и студент с повадками серьезного мужа науки дают нам немало возможностей посмеяться. Мы находим у Конан Дойла и рассказ "Тайна замка Горсорн-Грейндж". Это та самая юмористическая фантастика, в которую никто не верит, и многочисленные примеры которой мы находим, скажем, в "Путешествиях Тарантоги" Станислава Лема;  И вереница духов, предстающая перед разбогатевшим, купившим старинный  феодальный замок, где не хватает только фамильного привидения, - не более чем плод разгоряченного воображения человека, начитавшегося соответствующей литературы. "Кентервильское привидение" (1887) Оскара Уайльда и то написано более всерьез. Подобный рассказ мог написать  и законченный националист Герберт Уэллс.  Конан Дойл даже больше него акцентировал юмористическую сторону подобной мистории.  Его литературное мастерство сказывается здесь в том, что этот "рассказ ужасов" в конечном счете вызывает смех.

   Иначе обстоит дело с несколькими другими произведениями Конан Дойла. Взять, к примеру,  его рассказ  "Ужасы поднебесья", где писатель населяет воздушные сферы неким подобием мыслящих существ, враждебных человеку. При том, что в этом рассказе немало "жюльверновской" фантастики, в нем то и дело проглядывает мистик.

   Достаточно условно выглядит и рассказ об оживающей мумии ("249") - один из самых сильных у Конан Дойла. Его автора можно обвинить в мисцитизме, и это не будут пустые слова, но и о том, что он снова  "прорывается" в позднейшую фантастику, тоже не следует забывать.  "Управляемое сознание" - одна из главных, притом отнюдь не лишенных социального смысла, тем современной литературы.

    Такая двухплановая или даже трехплановая природа работ Конан Дойла вообще характерна для его позднего творчества.  Среди прочего можно назвать рассказ "Серебряное зеркало". где присутствует и Конан Дойл - фантаст (зеркало, навсегда запечатлевшее картины, некогда перед ним происходившие), и Конан Дойл - историк, поскольку речь идет об убийстве Дэвида Риччо (1566), секретаря и любовника Марии Стюарт, которого она сделала премьер-министром, и Конан Дойл - мистик, ибо зеркало открыло эту картину человеку, наделенному способностями медиума.  С Конан Дойлом - мистиком мы сталкиваемся и в мастерске написанном рассказе "Капитан "Полярной звезды" , причем рассказ этот изобилует очень точно выверенными реалистическими подробностями.

   Три пласта присутствуют и в одном из последних  романов Конан Дойла "Маракотова бездна" (1929). Свои способности историка писатель еще раз пробует, рассказывая после Платона о  мифической Атлантиде, причем, согласно Конан Дойлу, развитие цивилизации в Атлантиде, после того как она погрузилась в морские глубины, не остановилось, и в некоторых отношениях она  (парадоксальным образом сохранив старые обычаи) обогнала землян, - так что эта часть романа не лишена определенного оттенка прогностики.

   Научно-фантастическая часть романа достаточно слаба. Люди не способны выдержать давления воды на глубинах, где оказываются герои Конан Дойла, так что здесь можно говорить лишь о немалом романтическом допущении. Во времена, когда писался этот роман, все уже знали, насколько условна эта его часть.
   Но кроме того, "Маракотова бездна" еще и произведение мистическое. На этот раз подобное утверждение не требует уже никаких оговорок.  "Маракотова бездна" восходит к "Мельмоту-скитальцу" (1820) романтика Чарлза Метьюрина, приверженного мистика, и злодей "Маракотовой бездны" прямо с ним соотносится.
   Как уже говорилось, Конан Дойл пришел в фантастику в период безвременья. Он заполнял вакуум. Уже не было Жюля Верна и прежнего Уэллса, и еще не пришли фантасты нового поколения, оплодотворенного великим открытием Норберта Винера - кибернетикой.

   Грань между фантастикой и мистикой оказалась для Конан Дойла настолько тонкой, что в конце концов мистика  подменила собой фантастику. Свидетельством тому - роман Конан Дойла "Земля туманов" (1925). На сей раз мы имеем дело с бытовым романом (а как известно, в этом жанре Конан Дойл тоже работал), одним из героев которого является сильно помягчевший профессор Челленджер. От прежнего Челленджера в нем осталось совсем немного, особенно после того, как умерла боготворившая его жена. У него осталась дочь, раз и навсегда поверившая в правоту спиритуалистов. В конце концов к этой вере приходит и сам Челленджер.
   Как, впрочем, еще до этого - его создатель.
   Потеряв одну веру, Конан Дойл постепенно приобщился к другой, нетрадиционной.
   Интерес к спиритуализму зародился у него давно, но решающее влияние имели обстоятельства жизни писателя - и не только личные.

   Умерла от туберкулеза жена, и писатель женился на женщине, с которой они ждали друг друга десять лет. Переменилось все. Не в последнюю очередь материальные обстоятельства. Конан Дойл (с некоторых пор "сэр Артур") был теперь самым высокооплачиваемым писателем в Европе. Когда он побывал в Америке, его встретили английским национальным гимном. Его осаждали толпы репортеров, ловивших (и зачастую перевиравших) каждое его слово. Заокеанская поездка завершилась путешествием по Канаде, для чего ему с женой был отведен специальный вагон. До конца осуществились сказанные им однажды слова: "Шерлок Холмс - Это я сам". Конан Дойл несколько раз участвовал в различных расследованиях (как и его герой, он денег за них не брал и подобные предложения его просто оскорбляли), причем дважды ему, совсем как Шерлоку Холмсу, пришлось выступить против решения суда - и он победил. Слава его гремела по всему свету, но он был прежде всего интеллигентный человек и внимания на это не обращал, что, впрочем, не мешало ему поначалу придерживаться достаточно консервативных взглядов. Будучи ирландцем, он выступал против самоуправления для Ирландии ("гомруль"), всегда боролся против суфражисток, требовавших избирательных прав для женщин, состоял членом партии либералов-юнионистов, глава которой Джозеф Чемберлен был, что называется, образцовым империалистом.

   Легко понять поэтому, что во время Англо-бурской войны (1899 - 1902) он выступил активным  антибуром, и вместе с организованным им госпиталем (несмотря на занятую им позицию, он, разумеется, убивать никого не собирался) отправился в Южную Африку. С госпиталем ему не повезло. Одному из претендентов на медицинский пост, врачу-гинекологу, он не сумел отказать, и тот маялся, не находя себе применения; начальником военное министерство назначило ему майора медицинской службы, горького пьяницу, но во всяком случае, писатель побывал недалеко от места военных действий.

   Конан Дойл показал себя активнейшим антибуром и в качестве писателя. Он выпустил книгу  "Великая бурская война" (1906) и несколько статей того же содержания. Одна из них вызвала общественный скандал. В ней Конан Дойл резко критиковал состояние английской армии. И чем дальше, тем больше становилось ясно, что он делает это в предвидении большой европейской войны, причем силой писателя была его непредвзятость.  В ходе лет он все больше "левел", и это помогало ему бросить трезвый взгляд на все происходящее. Сложность положения Конан Дойла состояла в том, что, будучи членом весьма реакционной партии, он в то же время ненавидел шовинистов и антисемитов. В качестве Шерлока Холмса он один раз спас от тюрьмы парса, в другой раз немецкого еврея. После "Великой бурской войны"  появилась книга "Преступление в Конго", где Конан Дойл с успехом выступил против жестокой колонизаторской политики бельгийского короля Леопольда II.  Да и других поводов для несогласия с окружающими хватало. Его предсказания о ходе будущей войны резко расходились со взглядами военного министерства, и когда он опубликовал статью о роли подводных лодок в  будущих морских сражениях. она вышла в сопровождении комментариев, в которых несколько адмиралов насмехались над взглядами "этого штафирки". Это, впрочем, не мешало, когда война все-таки разразилась, использовать Конан Дойла для разных дипломатических  поручений. Были и выезды на фронт.

   О себе он, как и всегда, совершенно не думал. Но очень тревожился за близких. Его любимый брат Иннес все время находился на передовой. Брат его жены, с  которой он считал себя совершенно родным человеком, - тоже.  Потом пришла пора отправиться на фронт его сыну. Ни брат жены, ни генерал-адъютант Иннес Дойл войны не пережили. И это сильнее всего подтолкнуло Конан Дойла к спиритизму, которым, как уже говорилось, он давно интересовался, тем более что его жена была убежденной спиритуалисткой. В занятиях спиритуализмом он видел своего рода долг перед теми, кто понес потери во время войны. Он хотел, чтобы связь с умершими не прерывалась.

   Главным делом его жизни  сделались лекции по спиритуализму, которые он читал по всей стране и за ее пределами. В 1920 году он поехал с подобными лекциями в Австралию. В 1922  и 1923 годах совершил такого же рода лекционное турне по Америке. Ну и Париж был совсем под боком, и пропаганду спиритуализма он там не оставлял. Он собрал целую библиотеку книг по спиритуализму - две тысячи томов! - и написал собственную "Историю спиритуализма" (1926). Но произошла неожиданная вещь. На лекции собрались толпы народа, однако "История спиритуализма" не разошлась. Объяснить это противоречие нетрудно. Очевидно, всем просто хотелось посмотреть на человека, создавшего образ Шерлока Холмса.

   Этот герой его не оставлял. Конан Дойл менялся. Шерлок Холмс оставался прежним. О том, чтобы он занялся окультными науками, нельзя было и подумать. Он был столь же рационален, как и в прежние годы. И продолжал радовать читателя. Появилась третья повесть детективного цикла "Долина Ужаса" (1914 - 1915). Среди сборников рассказов о Шерлоке Холмсе теперь были "Его прощальный поклон" и "Архив Шерлока Холмса". Во время войны вышел еще один рассказ, где Шерлок Холмс разоблачал немецкого шпиона. Убить своего героя Конан Дойл больше не помышлял. Он понял, что тот бессмертен. Самым, пожалуй, невероятным для автора событием было то, что египетское правительство выпустило книгу о Шерлоке Холмсе в качестве учебника для полицейских. И хотя темы рассказов и повестей о великом сыщике были уже исчерпаны, все,  что мог сделать теперь Конан Дойл, это превратить его в пасечника. Шерлок Холмс, видно, уже сам себе в старом своем качестве надоел.

   Не забывал себя Конан Дойл и как исторического романиста, причем работал как в области "дальней", так и "ближней" историографии. Одно время он увлекся античностью, и из-под его пера вышел небольшой цикл рассказов, среди которых была такая блестящая вещь, как "Состязание" - об императоре Нероне, который при всей своей бездарности мог победить на эстраде любой талант.

   Между делом  он собрал и выпустил в преддверии нового века свои стихи, которые писал с юности, но эта книжка баллад "Песни действия" (1898) прошла почти незамеченной. Другие его работы ее затмевали.   
   Из "ближних" или, скажем, сравнительно ближних исторических произведений Конан Дойла долго пользовались большой популярностью, отчасти даже сравнимой с успехом рассказов и повестей о Шерлоке Холмсе, "Подвиги бригадира Жерара" (1896) и "Приключения бригадира Жерара" (1897), где то и дело выступал на передовой план сам Наполеон Бонапарт.

   И все же сам Конан Дойл при всех своих литературных успехах и посягательствах на  политику (как-никак он дважды баллотировался в парламент, пусть и неуспешно) все больше проникался уверенностью, что главным делом его жизни является не литература и не политика, а религия. Об этом он успел заявить еще Иннесу. В этой мысли он окончательно утвердился после смерти брата. Спиритуализм, среди прочего, привлекал его  еще и тем, что в этом учении не было схоластических споров, издавна отталкивавших его от католичества и других форм церковной веры. Ему казалось, что он нашел единственную для себя форму духовности.

    Уже немолодым человеком Конан Дойл написал для журнала "Стренд" упоминавшуюся ранее обширную автобиографию "Мемуары и приключения" (1923). Приключений у него, конечно, было немало. В зрелом уже возрасте он, например, стал заядлым автомобилистом и дважды попадал в аварии, вторая из которых потому только не стоила ему жизни, что он был настоящим атлетом, выдержавшим на себе в течение нескольких минут груз автомобиля - а тот весил тонну!

   Но главным своим приключением - и самым притом увлекательным - Конан Дойл считал все-таки свою литературную работу. Дядя Конан оказался прав - это был прирожденный писатель.
   Уже поэтому представляют интерес даже те произведения Конан Дойла, которые не вошли в его "канон", в том числе бытовые и морские новеллы. Зоркость глаза не оставляла его никогда, а мастером сюжета он был необыкновенным.
   Конан Дойл не был звездой, вспыхнувшей и сразу погасшей на литературном небосводе.  Его Шерлок Холмс прожил  уже за немалым целый век, и до сих пор не намерен от нас уходить, а бригадир Жерар лишь чуть меньше.

   Век их создателя тоже никак не назовешь слишком коротким. Конан Дойл только немного не дожил до восьмидесяти одного года. Здоровье у него ухудшилось лишь после семидесяти лет. И никак не скажешь, что последние годы своей жизни он доживал в безвестности. Когда сэр Артур отправился в Стокгольм, его встречали такие толпы народа, что пришлось остановить уличное движение. По возврашении в Англию у него был сердечный приступ, и врачи запретили ему выступать. Но такой ли это был человек, чтобы их послушаться. Потом у него и правда не было для этого сил. Но, превозмогая себя, он все-таки каждый день выбирался в сад, чтобы собрать цветы для жены. До последних своих дней Артур Конан Дойл оставался все  тем же "добрым великаном". И он все крепче верил в свой новообретенный спиритизм. За несколько дней до смерти он записал в дневнике: "У меня было много приключений. Но самое главное и самое славное ждет меня впереди". Умирал Конан Дойл очень спокойно, держа за руку жену. Он твердо верил, что они еще встретятся. 
   На деревянной плите, которой была покрыта его могила, значились слова: "Верный, как сталь, Прямой, как клинок. Артур Конан Дойл, рыцарь, патриот, врач и литератор".
   Остается загадкой, какие слова были здесь главными. Рыцарь, литератор?

 

Ю. И. Кагарлицкий, профессор, доктор филологических наук  

 

1 - 2 - 3 -

Метки:

это интересно живопись вязание открытки полезные советы полезные советы по дому электронная книга детская проза документальная проза имена Web-дизайн детская книга здоровье интересно дети скачать Александр Ремез ленин Рассказ космонавтика мода журнал моды кошки-призеры календарь пейзаж телевизионные башни СССР города СССР Иваново икона ирисы Цветы зверушки артисты символика СССР календари собака кошка 1978 старая Москва художник Владимир Семенов Эрмитаж в акварелях Станислав Жуковский Советский спортивный плакат советский плакат старый календарь Рекламный плакат туризм в СССР туристический плакат выборы в СССР русский рекламный плакат
________ _______
%