Лев Разгон


ДЕРЗОСТЬ ВООБРАЖЕНИЯ


Отрывок из книги "Открыватели"


Рисунки Л. Хайлова

 

Миллионы лет назад нефть в этих местах растекалась по оврагам, по балкам, по всей причудливо изрезанной местности - накапливалась. Потом в эти места пришло море.  Наслоения на его дне накрыли нефть, которая не собралась под обычными нефтяными куполами, а растеклась рукавами, как речки, как дельта большой реки. Таких месторождений раньше не знали. Это было первое большое открытие Губкина.
   Позже в Соединенных Штатах Америки нашли подобные залежи нефти. В  1912 - 1913 годах Губкин составил структурные карты майкопского нефтяного месторождения. Они дали возможность начать настоящее промышленное освоение майкопских нефтяных богатств. Успех Губкина в Майкопе создал ему имя. Сотрудника Геологического комитета начинают  вызывать для консультации владельцы крупных нефтяных залежей, те "столбопромышленники", которые захватили в свои руки почти весь Апшеронский полуостров, все окрестности самого богатого нефтяного района России - Баку.
   Губкин едет в Баку. Там идет хищническая эксплуатация нефтяных богатств. Бурят, где попало, ищут только фонтанирующие залежи, подбираются под скважины соседей. Никто не думает о том, сколько нефти пропадает зря, сколько ее остается в земле, чтобы навсегда исчезнуть для эксплуатации. Губкин не может навести порядок в этом хаосе. Но внимательно всматриваясь в геологическую картину  бакинских залежей, дает точные прогнозы, старается убедить владельцев нефтяных приисков перейти от случайных поисков и хищнического выкачивания нефти к научной и обширной, рассчитанной на долгое время разработке нефтяных залежей.
   Меньше чем за четыре года после окончания института Губкин приобретает репутацию одного из  наиболее опытных  нефтяников. Ему платят сто рублей в день. Впервые в жизни после бедноты и бесконечных забот о том, как прокормить семью, - у него уже двое детей! - Губкин чувствует себя обеспеченным человеком. Он материально достиг намного больше того, о чем мечтали его бабушка, его родня.
   Владелец большинства бакинских промыслов миллионер Гукасов пробует переманить Губкина к себе на службу, обещая ему жалованье, превышающее жалованье министра... Но Губкина нельзя купить. Он не собирается уходить из Геологического комитета, ибо только там он может вести научную работу. Он не может не думать о том, что значит для его родины нефть. Он убежден, что нефть в России есть не только на Юге, в Баку, но и в других районах.
   Начавшаяся в 1914 году первая мировая война сразу же показала, что означает нефть, жидкое горючее для экономики страны, для ее обороноспособности. В 1916 году, в статье "Нефть", Губкин писал: "Если мы сумеем действительно развить наши производительные силы и реализовать наши скрытые великие возможности, нашу родину ожидает великое будущее".
   К 1917 году Губкин известен не только как удачливый горный инженер, но и как большой ученый, с которым связаны успешные поиски нефти в новых районах, а самое главное - новые методы поисков нефти.
   Летом 1917 года Губкин уезжает в Америку. Достаточно грамотные капиталисты, которые вошли во Временное правительство, понимают значение нефти для развития экономики. Они решают послать в Соединенные Штаты, которые уже считались страной наиболее высокой нефтяной индустрии, группу ученых для изучения американского опыта поисков нефтяных месторождений. Губкин получает возможность посетить нефтяные прииски США, находит среди американских инженеров сторонников своей теории. Убеждается, что его методика вполне успешно может применяться в самых разных геологических условиях.
   Известие о Великой Октябрьской революции пугает русских инженеров, и они решают остаться в Америке. Американские капиталисты предлагают Губкину самое высокое положение в инженерном мире США и самый высокий заработок. Но Губкина не могли купить русские капиталисты. Еще меньше шансов оказалось у американских.
   Весной 1918 года Губкин уезжает. Через Стокгольм добирается до Мурманска, оттуда по только что построенной железной дороге - до Петрограда, затем в Москву, куда уже переехало новое советское правительство.
   Полыхает гражданская война. Промышленность, производящая самое необходимое - оружие, боеприпасы, одежду, - не может работать без топлива. А все нефтяные залежи России - в руках у белых. Старый ГЕОЛКОМ распался. Большинство сотрудников не желают сотрудничать с новой властью.
   Для Губкина нет вопроса: с кем он? Сразу после приезда он пишет статью, в которой говорит: "...теперь, когда наука, оставив вершины ученого Олимпа, должна широко разлиться в народных массах, и не в тоге мудреца и мантии "доктора", а в простой рабочей блузе подойти поближе к жизни, к ее повседневным злобам и заботам. И жизнь возьмет свои права: при свете науки будет строиться новое общество, когда владыкой мира будет труд".
   Иван Михайлович Губкин начинает организовывать новый ГЕОЛКОМ, привлекает туда тех ученых, которые остаются со своим  народом. Первая забота нового ГЕОЛКОМА - поиски нефти в тех районах страны, где она прежде не добывалась. Из архивов Губкин получает все данные геологических разведок. Известно, что на Севере, в районе Ухты, найдены следы нефти. Ухта - дикий, неосвоенный север, непроходимая тайга, болота, комары, гнус... Но там надобно искать нефть! Владимир Ильич Ленин посылает телеграмму о том, чтобы форсировать поиски ухтинской нефти.
   Губкин считает необходимым начать искать нефть и на Урале, в районе реки Чусовая.
   В стране есть большие запасы горючих сланцев. Прежде к ним относились пренебрежительно: в них мало калорий, добывать их невыгодно. Губкин доказывает, что из сланца, из сланцевой смолы можно добывать бензин и керосин. По указанию В.В.Ленина создается управление для добычи и переработки сланца - "Главсланец", начальником назначается Губкин.
   Одновременно Губкин становится главным организатором всех геологических экспедиций.  В годы гражданской войны и всеобщей разрухи снарядить экспедицию непросто: надо достать сапоги, одежду, геологический и измерительный инструменты, одеяла, палатки, оружие, теплушки... Летом 1918 года, в самый разгар гражданской войны, Губкин снаряжает отряды геологов на Север, к Печоре, на Среднюю Волгу - к Симбирску. Сам едет в экспедицию на Волгу искать сланцы, организует их добычу в Ундорах под Симбирском.
   Нет квалифицированных рабочих, нет тачек, топоров, кирок. Губкин сам строит штольню, учит крестьян из близлежащих деревень работать на шахте. В Поволжье Губкин занимается не только работой шахтного мастера. Он ученый, он исследует местность и приходит к выводу, что тут - в центре страны, на самой главной водной ее артерии - огромные запасы драгоценной нефти.
   Осенью 1919 года Губкин пишет статью, в которой категорически утверждает, что в Поволжье "при благоприятных условиях разведки к жизни может быть вызван новый громадный нефтяной район, который будет иметь мировое значение".
   Мы-то теперь знаем, каким точным оказался губкинский прогноз, какое значение имели нефтяные залежи на Волге, в Башкирии! Но тогда, в 1918-1919 годах предсказания инженера Губкина казались фантастическими, некими "волшебными сказками". А было в то время не до сказок... И именно Губкину приходилось в Москве распределять каждый приходящий в столицу советской России пуд угля, бензина, керосина, дров, сланцев...
   Кончается гражданская война. "Нефтяной комиссар" - так прозвали в те годы Ивана Михайловича Губкина - занимается не тем, что было его главным и привычным делом - нефтью, а совсем другим минералом - железной рудой. Железо - основа индустрии, "черный хлеб" промышленности.
   Предполагали, что большие запасы железной руды находятся далеко за Уралом, в Сибири и на севере Европейской России. Но там нет дорог, мало людей, и освоение этих богатств - дело трудное и длительное. В то же время ученые давно наблюдали и пытались объяснить редкостное явление в центре России - среди полей и степей между Курском и Белгородом. Магнитная стрелка компаса указывала здесь своими полюсами восток и запад, а то и вовсе крутилась как сумасшедшая.
   Ряд ученых, в том числе профессор Московского университета Э.Е.Лейст, предположили, что причиной такой магнитной аномалии является огромное железорудное тело, раскинувшееся на многие сотни километров глубоко под пластами курского и белгородского чернозема. С конца прошлого века начал Э.Е.Лейст ездить летом в эти края, составлял карты, таблицы. Все материалы многолетних изысканий летом 1918 года Лейст увез в Германию и там вскоре умер.
   В 1920 году, когда еще не отгремела гражданская война, из Германии приехал в Советскую Россию родственник Лейста некий Штейн. Он сообщил, что является единственным обладателем всех материалов о Курской магнитной аномалии, собранных бывшим московским профессором. Он продавал их советскому правительству за пять миллионов золотом... Переговоры он вел с Главным геологом Республики - Иваном Михайловичем Губкиным. Губкин не сомневался, что причина магнитной аномалии - в неимоверных залежах железной руды. Но на предложение приезжего авантюриста ответил категорическим отказом. И не только потому, что пять миллионов золотом страна тогда не могла заплатить. Губкин был  уверен в возможности советских ученых собственными силами найти и открыть богатства, принадлежащие народу.
  По распоряжению В.И.Ленина создается Особая комиссия по изучению Курской магнитной аномалии. Ее председателем и научным руководителем назначается И.М.Губкин. А заместителем - крупнейший физик П.П.Лазарев. К работе Особой комиссии Губкин привлекает весь цвет русской науки: А.Ф.Иоффе, А.Н.Крылова, А.М.Ляпунова, А.Е.Ферсмана, В.А.Стеклова, Ю.М.Шокальского, А.Д.Архангельского... Все понимают значение для будущего страны "находки" в курских полях.
   1921 год. Он складывается еще тяжелее прошлых. На усталую, разоренную страну сваливается небывалый голод в Поволжье. Но именно в этом году под городом Шигры Курской губернии устанавливают первую буровую вышку.
   В 1922 году стальной бур достигает первых горизонтов рудной массы. Но этого недостаточно, чтобы судить о реальных богатствах Курской аномалии. Работы продолжаются. Каждый день Губкин просматривает очередную сводку с буровых вышек, нащупывающих главное рудное тело. Сам ездит проверить, как идут работы.
   7 апреля 1923 года из буровой скважины № 1 добыли железорудный кварцит - в нем обнаружили 60 % магнетита - высококачественного сырья для металлургической промышленности. Это была победа! Богатства, имеющие мировое значение, обнаружены силами  советских ученых и рабочих. Советская наука доказала, что может решать самые сложные задачи.
   Во всех газетах и журналах печатались корреспонденции, беседы с учеными. О первых, добытых из-под земли кусках курской руды писали очерки, рассказы, стихи... Прозвучал громовой голос Владимира Маяковского:

Двери в славу -
                                  двери узкие,
Но как бы ни были узки,
Навсегда войдете вы,
                                             кто в Курске
Добывал железные куски...

   А на территории Курской аномалии деловито бурились новые и новые скважины. В 1924 году начинается работа над проектом первого рудника.
   Теперь Курская магнитная аномалия - КМА - является одним из самых главных железорудных богатств страны. Напоминанием о том, кто стоял у истоков крупнейшего, развивающегося промышленного района, служит название города Губкина - возникшего в центре КМА, на месте старой деревушки Коробково.

   Однако, сколько бы сил и внимания Ивана Михайловича Губкина ни занимала  КМА, он по-прежнему оставался "нефтяным комиссаром" страны. И главной его заботой была нефть. Для растущей индустрии Советской страны бакинской нефти не хватало. Нефть и все остальные минералы недаром называются невосстановимыми. Запасы нефти истощаются. Главная задача ученых-геологов - поиски новых запасов нефти.
   Губкин был убежден, что решать эту задачу нельзя вслепую. Нужно развивать большую науку. В знаменитом, ставшем классическим труде "Учение о нефти" Губкин обобщил многолетние    исследования о происхождении нефти и условиях создания нефтяных месторождений. Работы Губкина не оставляли сомнений в том, что нефть органического происхождения. Что она является результатом остатков - торфа, органического ила - сапролитов. Губкин установил, что процесс образования нефти не закончился миллиарды лет назад, что он продолжается и в наше время.
   Работы Губкина поражали его ученых-современников глубиной и оригинальностью выводов. На сессии Международного геологического конгресса утверждение Губкина, что между грязевыми вулканами - явлением, издавна известным, - и нефтяными месторождениями есть прямая связь, вызвало всеобщее недоумение. Теория Губкина позволила предсказать залежи нефти в таких районах, которые считались ранее совершенно неподходящими для поисков нефти. Могучие фонтаны нефти удалось получить в тех местах, которые точно были указаны Губкиным.


   Невозможно переоценить всю гигантскую работу, которую проделал этот тихий человек с внешностью старого сельского учителя. Он рассылал во все концы Советского Союза не одну-две геологические партии - тысячи и тысячи геологов. Их надо было подготовить. В Москве создается высшее геологическое учебное заведение - Горная академия. С 1920 года - Губкин профессор, а с 1922 года - ректор Московской Горной академии. Там он создал такую сильную и разностороннюю кафедру нефти, что на ее основе в 1930 году создается Московский нефтяной институт. Еще до этого, в 1924 году, Губкин организует Научно-исследовательский нефтяной институт.
   В учебные заведения, созданные Губкиным, хлынул поток молодых людей, многие из которых не только были детьми рабочих-нефтяников, но и сами уже успели поработать на промыслах. Конечно, никто из них не мог бы выдержать такой конкурс, который в свое время выдержал Губкин, поступая в петербургский Горный институт. Не у всех поступавших было законченное среднее образование. Но при Горной академии, при нефтяном институте были созданы РАБФАКИ - рабочие факультеты, на которых недостаточно подготовленные парни и девушки готовились к поступлению в институт. Губкин сам участвовал в отборе кандидатов, он пристально вглядывался в этих молодых людей, он-то понимал, что для них - выходцев из бедняцких семей - значило получение образования. Он всегда помнил себя - двенадцатилетнего парнишку в лаптях, идущего в город, чтобы получить знания...
   Организуя поиск нефти и других ископаемых богатств во всех районах страны, Губкин чувствовал, что молодые геологи не только идут по его собственному пути, но и в большой мере взращены им.
   Только не следует представлять себе Главного геолога страны в роли этакого диспетчера, который, маневрируя, рассылает во все концы огромного государства геологов. Губкин был не только "Главный" - он был прежде всего Геолог. И никто не обладал в такой мере, как он, опытом  и интуицией. В 1926 и 1927 годах Губкин в постоянных поездках, в экспедициях. Ему уже пятьдесят шесть лет, он академик, ученый с мировым именем, занимает важный государственный пост. Но вместе со своими коллегами по геологической партии он ходит по горам и оврагам, ночует в палатках, не боится ни палящего солнца, ни сильных ветров.
   Внимание Ивана Михайловича приковано к бакинскому нефтяному району. Добыча на знаменитых бакинских нефтяных промыслах падает. Некоторые геологи считают, что исчерпаны все ресурсы района, что в самом ближайшем будущем нефтяникам и промысловикам придется распрощаться с главной нефтяной кладовой страны.
   Да, скважины дают все меньше нефти. Но происходит это не только потому, что истощаются запасы, но и от неумелой, бесхозяйственной эксплуатации. Губкин предлагает - и это энергично проводится в жизнь - ряд мер, быстро повысивших отдачу нефтяных пластов. А главное, надо искать! Надо искать нефть, потому что ее запасы еще огромны.
   В эти годы ряд ученых с мировыми именами выступили с заявлениями, что на земном шаре нефть кончается и осталось ее лет на пятнадцать-двадцать. Губкин считал, что эти утверждения основаны на незнании и неумении искать. В 1937 году он говорил: "Наших запасов хватит не только для построения коммунистического общества, но и для того, чтобы обеспечить счастливую жизнь будущих поколений".
   Иван Михайлович Губкин умер в 1939 году. Со дня его смерти прошло почти полвека. Но как же блестяще оправдался его оптимизм! За эти полвека нефть стала основным источником энергии для промышленности, и прежде всего для транспорта. Количество добываемой нефти достигло астрономических размеров. И время от времени снова раздаются пессимистические  утверждения о конце "нефтяного века". Конечно, нефть - невозобновляемый минерал. Ее запасы небесконечны. Добывать ее становится все  труднее и дороже. Но она есть! И по-прежнему, как учил Иван Михайлович Губкин, искать ее надо не вслепую, а на основе строгих и точных научных теорий. В том числе и тех, что создавал академик Губкин.

   Губкин рассмеялся бы, услышав про себя, что он  "теоретик"... Конечно, он создавал теории, но на практике проверял их сам, своими глазами, своими руками. В 1934 году он в Баку сел на небольшую шхуну, пересек Каспийское море, высадился на противоположном берегу, объехал Красноводск, Челекен, Небит-Даг!.. Жаркие пустыни, все сжигающая жара, песчаные бури. Он прошагал, проехал по всем этим безжизненным местам. Мог ли он представить себе, что через полвека здесь будут красивые города, зеленые парки, фонтаны?! И все это будет вызвано к жизни нефтью, месторождения которой он не только предсказал, но и доказал.
   Уже в то время, когда весной 1918 года Губкин вернулся из Америки в Россию, ставшую Советской, он понимал, что для будущего страны недостаточно иметь только один промышленный нефтеносный район. Нужен по меньшей мере еще один. Нужно "второе Баку"! Где его искать? Для Губкина почти не было сомнения - на Волге, главной водной артерии страны.
   Неподалеку от знаменитых Жигулей находили следы нефти, горючие сланцы, даже пробовали добывать битум и асфальт. Но даже самым  смелым геологам не приходило в голову, что в самом центре России может быть обнаружен огромный нефтяной район.
   Рассказывая о жизни Ивана Михайловича Губкина, так соблазнительно развернуть повествование о рождении  "второго Баку". Это было предприятие, удивительное по размаху, драматическое по многим разочарованиям, приключенческое по тому, что пережили многие искатели нефти на берегах Волги, в степях Башкирии... Но мы это делать не будем: о "втором Баку" написано столько книг, что нет надобности повторяться.
   "Второе Баку", предсказанное и в большой мере созданное усилиями Губкина и его сотрудников, по своему размаху намного опередило "первое Баку". Волго-Уральская нефтегазоносная область, как ее называют геологи, охватывает три автономных республики РСФСР - Татарскую, Башкирскую, Удмуртскую - и семь областей: Пермскую, Оренбургскую, Куйбышевскую, Саратовскую, Волгоградскую, Кировскую, Ульяновскую. В Саратовской области к началу войны были открыты огромные запасы газа.  Именно саратовским газом начала отапливаться послевоенная Москва. Много позже было обнаружено одно из крупнейших в мире скоплений газа в Оренбургской области.
   Губкина давно уже не было в живых, но стремительно разворачивались поиски нефти на востоке от "второго Баку".  Никогда прежде геологам не приходило в голову, что промышленные запасы нефти могут обнаружиться в бескрайних болотах и лесотундре Сибири...          

 

назад

 

------------
    
________________
*
[Интернет]
ТОП онлайн сервисов
[Интернет]
UcozOn.ru
[Интернет]
htmlbook.ru
[Музыка]
Русский романс
*
_____________ ____________
%